среда, 14 августа 2013 г.

Из реки речений

DSC_0430 by andrey.salikov
DSC_0430, a photo by andrey.salikov on Flickr.

Он сидел так долго,
повернувшись лицом к моему открытому сердцу,
что мое сердце пропиталось Его природой и поведением.
Даже грязь благодаря растущим рядом цветам
обретает их цвет и аромат.

Магреби


"Все наше бытие - дом у большой дороги.
Заглядывают все, кому не лень.
То радость, то тоска, то злость приносят ноги,
То мимолетных осознаний тень.
Приветлив будь ко всем у своего порога.
Пусть даже в дом придет толпа скорбей,
Что, как разбойники, забывшие про бога,
Насильно тащат скарб твой из дверей,
Все ж окажи всем почести. Кто знает,
Зачем идут они, чего хотят?
Быть может, они место расчищают
Тебе для неизведанных услад.
Пускай приходят стыд и вспышки гнева.
Всех приглашай радушно погостить.
Признателен им будь - они посланцы неба.
Пришли тебе наставниками быть."

(с) Джалал ад-дин Руми


Я входил вместо дикого зверя в клетку,
выжигал свой срок и кликуху гвоздем в бараке,
жил у моря, играл в рулетку,
обедал черт знает с кем во фраке.
С высоты ледника я озирал полмира,
трижды тонул, дважды бывал распорот.
Бросил страну, что меня вскормила.
Из забывших меня можно составить город.
Я слонялся в степях, помнящих вопли гунна,
надевал на себя что сызнова входит в моду,
сеял рожь, покрывал черной толью гумна
и не пил только сухую воду.
Я впустил в свои сны вороненый зрачок конвоя,
жрал хлеб изгнанья, не оставляя корок.
Позволял своим связкам все звуки, помимо воя;
перешел на шепот. Теперь мне сорок.
Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной.
Только с горем я чувствую солидарность.
Но пока мне рот не забили глиной,
из него раздаваться будет лишь благодарность.

Иосиф Бродский


Я принял твердое решение привести свою рaботу к определенному итогу. Я пристaвлен к сaду Господa и хочу, чтобы Хозяин был доволен тем, что мне довелось сделaть, чтобы проявить Его творение в лучшем виде. Решимость во мне окреплa.

Размышления Бахауддина, отца Руми ...


Никто не знает, что принесут теплые ветры, а что — холодные, кому они будут на пользу, а кому во вред. В мире и в нашем опыте нет ничего, что не могло бы в один момент обернуться либо благом, либо бедой. Даже любое из девяноста девяти имен Бога, каждый из Его атрибутов, может нести в себе как милость, так и гнев. Ужасное твердой рукой отбрасывают прочь, прекрасное привлекают к себе нежностью.

"Утопленная книга. Размышления Бахауддина, отца Руми


Орбиты внимания

Кто служит Таинству, тот видит красоту и благодать — и в контрасте с этим — свою беспомощность и малодушие. Он знает, как бывает уродлив и извращен. Чему мы уделяем внимание — частью того и становимся. Заметил собаку — вошел в собачью жизнь. Ты заставил меня полюбоваться на твою кошку — теперь я стал твоей кошкой. Если смотришь на рану, из которой выходит гной, и кровь начинает запекаться, скажи: я — эта кровь. В саду я — эти цветы. С женщиной я — любовник Бога. В безбрежном просторе — простор, в ничтожной и очевидной глупости — глупость. И, разумеется, пророческий свет — тоже я. Орбиты внимания несут тебя через множество превращений — ты становишься то одной личностью, то другой. И пусть тебя не удивляет, кем еще ты можешь оказаться.


"Утопленная книга. Размышления Бахауддина, отца Руми


Любое вкусовое ощущение, едва уловимый запах — это Бог.

Зикр — славословие распускающегося бутона. Путь чувства — судьбоносная черта жизни Бахауддина, запечатленная во всей своей полноте, в определенности. «Глубоко вникая в свои чувства, я открываю в них путь к Богу и смысл жизни» (Маариф 1:10).

1:347. Бахауддина спросили: что такое просветленное существо? Я так и слышу, как он говорит: это тот, кто свободен от, умствований богословов и препон морали, от надежд и страхов перед будущим.

1:354—355. Он сравнивает существование человека с упившимся пьянчужкой, что лежит в повозке, катящейся неведомо куда. «Любое человеческое существо, — говорит Бахауддин, — находясь в присутствии, ведет себя как этот человек в повозке: он не знает ни зачем, ни почему, ни куда он едет и доедет ли он хоть куда-нибудь. Эти вопросы разрешаются не в конкретных словах, а в непрестанном творении зикра «Ничто не реально, кроме Тебя, есть только ты».

1:367. Слушай музыку и пение, пока не восстановится твоя Дружба с божественным. Вот цель сэма и любого подлинного мистического текста.


Вслушайтесь, как Бахауддин беспристрастно перечисляет свои желания: «Взять, к примеру, то, чего я хочу сию минуту: я жажду красивую женщину, хочу вина, музыки, смеха. Мне хочется, чтобы каждый увидел жизнь, как священнодействие. Я хочу, чтобы меня все знали и любили. Хочу, чтобы мои желания были еще сильнее, хочу ощущать, как божественные потоки каждый миг изливаются через меня в мир» («Маариф» 2:16—17).

Колман Баркс


Узнавший Бога

Узнавший Бога о себе не помнит,
Над ним не властны прошлого влеченья,
Он — пациент Врача, и он не дрогнет,
Приемля жизни горькое леченье.
Узнавший Бога не творит кумира
Из личных чувств и мыслей, он готов
Отдать легко богатства мира
За миг свободы, что дарует Бог.
Узнавший Бога — капля океана,
И зная, что исчезнет в должный срок,
Стремится он к тому, что постоянно,
А постоянен в мире только Бог.
Узнавший Бога пьет вино забвенья —
Ни споров, ни различий больше нет,
И в тысячах зеркальных отражений
Находит он Того, кто дарит свет
Имя автора, Нурбахш, означает на фарси «дарующий свет».
Перевод Б. Тираспольского


О брат, ты есть сама твоя мысль.
В остальном ты — лишь волосы да кости.
Если мысль твоя подобна розе, то ты — розовый сад.
Но если ты — шип, то пригоден лишь на растопку.
Руми


Фекр определяется в словаре как созерцание или размышление. Коран уделяет много внимания фекру:

И послали Мы тебе упоминание, чтобы ты разъяснил людям, что им ниспослано, — может быть, они подумают! (Коран 16:44).

Так разъясняет Аллах вам знамения — может быть, вы обдумаете! (Коран 2:266).
Рассказывай же рассказом, — может быть, они размыслят! (Коран 7:176).

Скажи: «Разве сравнятся слепой и зрячий? Разве вы не одумаетесь?» (Коран 6:50).
Некоторые предания Пророка (хадисы) также упоминают практику фекра:
Час размышления дороже семидесяти лет поклонения.
Размышление ведет к просветлению сердца.

По словам 'Али, «пробуди сердце посредством размышления».


Согласно ал-Газали в Кимийя-е Са'адат («Алхимия счастья»), созерцание порождает последовательные стадии развития: вначале осведомленность (ма'рифат), затем качество (халат) и, наконец, действие ('амал) .
1.Тот, кто молится и постится, близок к людям, тогда как тот, кто размышляет, близок к Богу (Шейх Абу'л-Хасан Харакани).

2.Тот, кто размышляет надлежащим образом, не в состоянии говорить или действовать неискренно (Абу-'амра Наджид).

3.Час размышления в состоянии свидетельствования (Истины) более ценен, чем тысяча совершённых паломничеств (Аттар).

4.Речь без мудрости — это чума, и молчание без размышления — похоть и нерадивость, но благороднейшее действие состоит в размышлении, исполненном самоотрицания (Хасан Басри).

5.Час размышления дороже ночи, проведенной в молитвах (Хасан Басри).

6.Апостолы спросили Иисуса, есть ли кто-либо подобный ему на земле. «Да, — отвечал он, — любой, чья речь — молитва, чье молчание — размышление и чье восприятие раскрыто осведомленностью о знаках» (ал-Газали).

7.Размышление ведет тебя к Богу, тогда как молитва приносит божественные награды. То, что ведет к Богу, более ценно, чем ведущее к тому, что Богом не является (Фахр-и Рази).

Для арифа размышление о себе может также включать вопрос о том, как и почему он обрел существование, ради какой цели он живет и куда идет. Он обдумывает стих Корана «Поистине мы принадлежим Аллаху, и к нему мы возвращаемся» (Коран 2:156). Он знает, что пришел от Бога и к Нему вернется. Ариф думает о том, как идти к Богу и как Ему угодить. Он также может сосредоточиться на Священном Предании (хадисе) «Я был спрятанным Сокровищем. Я хотел, чтобы Меня узнали, и потому сотворил мир, чтобы мир узнал Меня».

Размышление должно быть таким,
чтобы оно открывало путь и рождало царя.
Считай царем того, кто свободен от своей царственности,
даже если его сияние освещает луну и солнце. Руми

По словам Аттара:
Размышление хотя бы и в течение часа
лучше, чем семьдесят лет, проведенные в молитвах.
Или, как говорит Руми:
Мы сказали достаточно, об остальном размышляй сам;
если ж это не помогает, обратись к зэкру.
Поминание ведет сердце к размышлению,
так сделай же поминание солнцем для своего вялого размышления.
Хотя главное — Божественное притяжение,
о суфий, не рассчитывай на него и не пренебрегай своими обязанностями.
Невыполнение этих обязанностей — всего лишь
самонадеянность, не имеющая отношения к отказу от существования.

И по словам Хафиза:
Помыслу и мнению нет места
в мире настоящих суфиев,
ибо эгоцентризм и своеволие —
отклонение от нашего пути.


Закон Любви

Закон Любви и прост, и краток —
Она бежит тирады многосложной:
Сужденья разума поверхностны и ложны,
Не в силах он решить Любви загадок.
Любовь соединяет Бытиё,
Влечет несовершенство к совершенству,
И если ты способен на блаженство,
Воистину достоин ты Её.
Уйди в Любовь, как в Океан бездонный,
Покинув берега, сожги мосты.
Но если вдруг назад захочешь ты,
Не лги себе — ты не влюбленный.
Забудь себя, отдайся страсти трезво,
И пусть экстаз ведет тебя в Пути.
Возлюбленную жаждешь ты найти?
Смотри — уже достиг ты места!
Свет единенья ослепляет взгляд —
Не различить ни образы, ни формы,
Но для влюбленного — все норма,
Он быть с Возлюбленною рад.
Вино Любви пьянит и горячит,
Для нас, гуляк, оно — забвенье.
Жизнь без вина — бессмысленность и тленье,
Нурбахш, налей еще! Душа горит.
Перевод Б. Тираспольского

Комментариев нет:

Отправить комментарий